Журнал vogue январь 2012г.

Проверить, что такое косметологическая остеопатия, о которой священным шепотом говорит вся Москва, решила
Карина Добротворская.

В КОСТЯХ У СКАЗКИ

Люди мечтают о чуде — и особенно больные люди (как говорил Гёте, «счаст­ливый не верит в чудеса»). Остеопатия обещает именно чудеса. И рассказывают о кудесниках-остеопатах всегда «из уст в уста». И всегда каким-то таинственным полушепотом. Именно так я узнала, что маг и волшебник Владимир Ар­темов, у которого есть свои имен­ные клиники в Москве и Екатерин­бурге, степень доктора наук, опыт военно-полевого хирурга, сотни научных работ и десятки патентов, лечит не только разные серьезные проблемы и патологии, но и убирает морщины. Якобы после его сеансов кожа разглаживается, лицо сияет, второй подбородок исчезает, а глаза начинают блестеть. Что главные рублевские красавицы отказывают­ся от ботокса и выстраиваются в оче­редь к Артемову. Записаться к нему непросто, и сеансы стоят дорого, но результат того заслуживает.

Я на это скептически пожимала плечами, вспоминая, что слово «остеопатия» происходит от грече­ского «остеон» — кость. Я теоретиче­ски понимала, как остеопат может выправить позвоночник. Но не по­нимала, как эта работа с костями может убрать морщины. И отправ­ляясь на встречу с Артемовым в его маленькую клинику на Большой Гру­зинской, вспоминала одного доктора румынского происхождения, с кото­рым много лет назад познакомилась в его итальянской spa-клинике и ко­торый на мои вопросы про эффек­тивность разных косметических процедур отвечал густым басом: «Миракля не будет!»

Доктор Артемов оказался свет­ловолосым человеком средних лет с вкрадчивым голосом, мягкой улыбкой и уютными манерами.

На все вопросы про чудеса остеопа­тии — и, соответственно, ауру шар­латанства, которая вокруг нее раз­лита, — он брезгливо морщится.

- Талантливых людей много, но почему они все хотят называть­ся остеопатами? Пусть называются биоэнерготерапевтами, астролога­ми, Нострадамусами, Вангами или просто гениальными массажистами. А чтобы стать остеопатом, нужно годами учиться, отрабатывать слож­ные микронные техники. В моей специальности нет ничего эзотери­ческого, никаких там биотоков или биополей. Остеопатия основана на знании анатомии, физиологии, биомеханики — на классических фундаментальных науках. Конечно, с годами и чувствительность рук по­вышается, и интуиция обостряется, и клинический опыт появляется.

- А как же талант?

- В остеопатию неталантливые люди почему-то не идут.

К мануальной терапии Артемов относится с осторожностью, счи­тая ее достаточно грубой работой, а «щелкающие» техники — опасны­ми и травматичными. Остеопат за­нимается более тонкими вещами.

- Я не лечу ни грипп, ни грыжу.

Я восстанавливаю защитные силы организма, который потом сам со всем справляется. В современном мире с его стрессами и плохой эко­логией у организма не хватает «батарейки». Так вот я ее заряжаю.

- А были случаи чудесного изле­чения?

- Вот опять вы про чудеса. Всякое бывало. Грыжа в двенадцать милли­метров уменьшалась до четырех. Ребенок с церебральным параличом начинал ходить. Даже волосы у лысо­го человека появлялись. Чудеса, на­верное, случаются, но мы к ним при­выкли и чудесами не считаем.

Идея использовать остеопатию в косметологии родилась у Артемова пятнадцать лет назад (хотя самой остеопатии в России — всего лет двадцать, не больше). В московский Институт дружбы народов приехали на стажировку косметологи из Лат­вии, и Артемова попросили подме­нить кого-то из профессоров. Он не был уверен, что сможет быть поле­зен косметологам, но все-таки про­демонстрировал некоторые остеопа­тические техники. Наутро пришел на кафедру — и не узнал этих людей.

Люди сейчас фанатично следят за своим здоровьем. Но почему-то, когда доходит до косметологии, буквально травятся ядом.

- Вы спрашиваете про чудеса? Так вот, они чудесно изменились. Лица разгладились, появился румянец, блеск в глазах. Я спросил: «Чем вы тут занимались?» Они ответили, что всю ночь практиковали друг на друге мои методы. Я тогда впервые поду­мал, что остеопатию можно мощно использовать и в этой области, но тогда у меня не было времени. А не­сколько лет спустя я вспомнил этот случай — и тогда уже разработал технологию и получил патент.

- Это похоже на массаж лица?

- Не совсем, хотя манипуляции с лицом мы совершаем. Но мы преж­де всего выравниваем и гармонизи­руем весь организм.

Прыщики означают проблемы с кишечником, и тогда врач-остеопат корректирует кишечник, устраняя интоксикацию. Сухая кожа сигнали­зирует о водном дисбалансе, и задача остеопата — наладить кровообра­щение и наполнить клетки жидко­стью. Тусклый цвет лица — возмож­но, зажат шейный отдел позвоноч­ника и работать надо с ним. И так далее. Самый мощный эффект у тех пациентов, которые уже прошли полноценное остеопатическое лече­ние. Косметология в данном случае оказывается вишенкой на торте.

- Но ведь есть те, кто приходит только «за лицом»? И непременно хотят попасть именно к вам?

- Есть. Но мы им объясняем, что все равно придется так или ина­че корректировать весь организм. Надо и диету соблюдать, и о физиче­ской нагрузке не забывать, и детокс проводить — мы здесь используем талассотерапию. То есть это ком­плексное лечение. А что касается «ко мне или не ко мне», то люди окружены мифами, идут на имя, го­товы неделями ждать приема. Хотя методы у всех остеопатов в моих кли­никах одинаковые и все врачи у нас квалифицированные.

Мне предстоят три «косметологических» сеанса у Артемова, чтобы посмотреть, какие техники он при­меняет и как работает его методика. Сейчас мне уже понятно, что «ми­ракля не будет» — над мираклем надо долго и изнурительно рабо­тать, как обычно и бывает в этом несправедливом мире. Но какой-то видимый результат мне обещан — и при этом немедленный.

Я лежу на кушетке, а Артемов осматривает лицо в поисках следов своих злейших врагов — ботокса, филлеров и прочих инъекций. Ботокс он ненавидит особо люто.

- Ботокс убивает нерв, а наша задача — восстановить его работу, чтобы вернуть жизнь тканям и полу­чить омолаживающий эффект. Так что с «подколотыми» пациентами работать приходится дольше — нуж­но сначала нивелировать разруши­тельную работу ботокса.

- А как же гиалуронка? Вы в нее тоже не верите?

- Я верю в мощнейшие реабили­тационные силы организма, кото­рые я должен разбудить. А теперь помолчите.

Мой сеанс длится минут тридцать — сорок. Мягкие, едва ощутимые манипу­ляции с позвоночником, с черепными и с тазовыми костями, с лицом. Параллельно Арте­мов ставит мне диагнозы — проблема с печенью, проблема с щитовидкой, проблема с левым лицевым нервом, проблема со стопой, проблема с об­щим кровообращением. Собствен­но, венозным кровообращением он больше всего и занят, усиливает его отток. Кожа лица под пальцами Ар­темова становится горячей и как буд­то пластилиновой. Под конец я засы­паю, хотя со мной это на массажных столах не случается почти никогда.

Результат действительно заметен, хотя что-то подобное можно увидеть в зеркале сразу после обыкновен­ного массажа лица. Кожа увлажнен­ная, светящаяся, мимические мор­щины на лбу и под глазами разгла­дились, сами глаза блестят, румянец во всю щеку, лицо горит — ощущение при этом такое, будто я проспала часов десять, не меньше. Или что я — вампир, только что напившийся свежей крови.

Артемов показывает, какие мор­щины исчезли, а какие уменьшились.

Меня же живо интересует, когда они вернутся. Конечно, хочется услы­шать ответ «никогда», но — увы! Со­гласно артемовскому патенту (метод, кстати, называется «КосмОдАр» — вроде бы косметология от Артемова, а вроде бы и дар космоса, так что тут не обошлось без кокетливых заигры­ваний с концепцией чудесного) необ­ходимы десять—двенадцать сеансов раз в три—четыре дня, а потом еще последующая коррекция раз в две недели. Плюс детокс и комплекс упражнений. То есть на долгосроч­ный результат можно рассчитывать, если решены проблемы, вызываю­щие дисбаланс в организме. Иначе эти проблемы снова вылезут — в том числе в виде морщин, прыщей, серо­го цвета лица, бессонницы и голов­ных болей.

Артемов уверяет, что новых «косметологических» пациентов он вер­бует благодаря сарафанному радио: они видят у кого-то сияющее лицо и спрашивают: «Ты что-то с собой сделала?»

- Люди сейчас фанатично сле­дят за своим здоровьем, за тем, что и как они едят, за экологией. Тратят на это огромные деньги и много сил. А когда доходит до косметологии, буквально травятся ядами — вы ведь знаете, что такое токсин ботулизма. Но многие постепенно начинают по­нимать, что и в этой области можно использовать мягкие экологичные методы омоложения. И тогда они идут к нам.

Итак, миракля не произошло. Юное лицо с помощью волшебных артемовских пассов мне не удастся получить никогда. Как не удастся выучить под волшебным гипнозом новый иностранный язык или сбро­сить от волшебной таблетки десять килограммов. Зинаида Гиппиус когда-то сказала: «Верить в чудо — развращать волю». Так что, если хо­чется добиться чего-то чудесного, то и над лицом, и над языком, и над телом надо как следует поработать, как ни скучно это звучит. Похоже, что у большинства из нас то лицо, которое мы заслужили. И доктор Артемов еще раз доказал мне эту несложную истину.